Очередная репетиция осталась позади. Ребята разошлись по домам, но некоторые отправились гулять допоздна, чтобы хоть как-то проветриться и освежить голову после изнурительного дня. Шарлотта, принадлежавшая ко второй категории, пониже опустила капюшон, скрываясь от хищных глаз темноты. На улице было зябко; куртка почти не спасала от пронизывающего холода, но девушка чувствовала: эта прогулка ей необходима. Иначе она просто сойдёт с ума.
Поступать на актёрский она никогда не хотела. У неё не было ни малейшего желания водиться с чудаками, посвящающими жизнь этому ремеслу. Однако выбора не оставалось — ей нужно было хоть как-то выделиться. Старшая сестра училась на престижной специальности, готовясь к высокой должности, а у самой Шарлотты не хватало ни амбиций, ни достижений, чтобы перепрыгнуть планку родительских ожиданий.
И всё же училась она прилежно. Шарлотта всегда ответственно подходила к любой задаче, хотя талантом никогда не блистала. Возможно, она была истинным антиподом слова «талант». Лишь страх поражения и жажда признания в глазах родителей толкали её вперёд. Благодаря упорству она не была последней в группе, но, несмотря на все старания, неизменно занимала лишь средние строчки рейтинга.
Улица была пуста. Фонари не горели. Вместо прогулки по людному проспекту девушка выбрала уединённый и, возможно, рискованный путь. Странно сознавать, что всего в двух кварталах отсюда жизнь всё так же кипела и бурлила. Луна светила необычайно ярко, заливая мертвенным светом безоблачное небо.
Сейчас Шарлотта всерьёз подумывала о том, чтобы бросить учёбу. Причина была глупой и не поддающейся логике: она боялась снова наступить на грабли прошлого. Боялась, что стоит ей обронить лишнее слово, и тонкая грань между приятным общением и очередной катастрофой будет безвозвратно разрушена. «Такие чувства — для дураков», — твердила она себе. Шарлотта давно запретила себе любить, и стоило нежной привязанности хотя бы попытаться прорасти в её душе, как она тут же безжалостно вырывала её с корнем. Опыт прошлого определял её будущее сильнее, чем хотелось бы. Но разве не из ошибок люди строят свою судьбу? Вихрь неразборчивых мыслей кружил по спирали, давя на виски.
Она задавалась вопросом: зачем вновь причинять себе эту боль? Но ответ лежал на поверхности. В мире, скованном серостью, её сердце жаждало большего, чем ей было позволено. Она была бессильна перед нахлынувшими чувствами, но всё еще могла найти в себе силы, чтобы безжалостно вырвать эти нежеланные цветы.
Eй действительно приходилось нелегко. Но лучи наступившего завтра снова осветят путь. Темнота всегда сменяется надеждой. И там, где прежде были вырваны цветы, обязательно вырастут новые.