Победители 1 дня
Тама лениво перебирала письма, принесённые утренней почтой, без особой надежды, но среди них её взгляд зацепился за конверт с незнакомой печатью. Бросив недочитанное письмо, она поспешно сломала печать и начала вчитываться в текст. Увидев первые строки, Тама замерла, затем её глаза широко раскрылись, а крылья невольно расправились от волнения. Её приняли в Школу Одарённых в место, куда мечтают попасть наследники правителей и талантливые ученики со всего мира.
Победители 2 дня
Клехо была невероятно счастлива получить письмо. Даже несмотря на то, что где-то в глубине души присутствовала чёткая уверенность в том, что так и будет.
На радостях птичка взмыла в воздух, не опуская из виду белый конверт в руке. Лёгкий ветерок приятно бил в лицо, и волосы небрежно расстрепались. Из-за своей невнимательности, Клехо ударилась об ствол дерева, и кубарем покатилась вниз. К счастью, в последний момент она смогла среагировать и предотвратить удар головой, подставив руки. Хотя это не сильно спасло. Недовольно "ай"-кнув и осмотрев свои коленки, она заметила маленький синяк на левой ноге, но в остальном чувствовала себя нормально. Если не учитывать феерическое падение. Птичка вспомнила, что до получения письма планировала сходить в местную лавку и докупить побрякушек для самодельных украшений. Пощупав кармашек на юбке, девушка начала переживать, не почувствовав там знакомой выпуклости. Кажись, во время полёта и падения, она где-то уронила мешочек с деньгами. Не хотелось бы так расставаться с карманными средствами...
Разобравшись и оправившись от потери, Клёхо наконец-то решила отправиться в место, в которое запланировала изначально. Ведь кто знает, пока она тут летает и падает - другие любители побрякушек и полезных вещей могут с лёгкостью раньше неё забрать всё, что ей сейчас так нужно. А кому если повезёт - то заберёт и со скидкой, покуда её собственный кошелёк слегка опустел. Поэтому она припрятала понадёжнее свои финансы и спустилась к домикам на дереве пониже, ведь торговать вещами там гораздо удобнее - меньше вероятность что-то разбить или заполнить шумом спальные домики.
Добравшись, первым делом она заглянула к знакомому мастеру, который точно знает толк в своём ремесле. Тама давно хотела себе красивое оружие. Миниатюрное, но опасное, чтобы можно было за себя постоять. Вот и среди кучи кинжалов девушка выбрала один - она долго думала, стоит ли ей тратиться много или мало на это, но для подруги ничего не жалко - красивый и надёжный, с украшениями. Хотя и всё равно оставались потом сомнения, одобрит ли Тама этот подарок. Ведь это лучшая подруга, которую не хочется разочаровать.
Помимо кинжала Тама так же успела с доставкой попросить особенные материалы и вещи для дальнейшей учёбы, с доставкой, разумеется, ведь сейчас Клёхо резко вспомнила, что она точно хочет добавить к подарку что-то. Но вот беда: память дырявая, где же она оставила это в доме? Резко взмыв вверх, даже слишком над домами, она рванула обратно к себе, чтобы поискать там. Даже если придётся перевернуть дом с ног на голову!
Пролетев несколько часов, девушки решили устроить небольшой привал на скале с прекрасным видом. Клехо первой опустилась на камень и некоторое время молча любовалась раскинувшимися внизу лесами, извилистой рекой и далёкими горными вершинами. Внезапно она хлопнула себя по лбу и начала судорожно рыться в сумке, явно вспомнив о чём-то важном. Тама уже успела предположить, что подруга снова забыла взять какую-нибудь необходимую в дороге вещь, однако спустя несколько мгновений Клехо заметно успокоилась. Выудив со дна сумки небольшую коробочку, она жестом подозвала подругу поближе. Внутри лежали украшенный кинжал и небольшая деревянная птичка, вырезанная вручную. Пока Тама с улыбкой рассматривала подарок, Клехо обратила внимание на несколько деревьев неподалёку. Их кора была покрыта старыми символами, инициалами и памятными надписями, оставленными путешественниками, когда-то останавливавшимися здесь на отдых. Переглянувшись, девушки быстро пришли к одной и той же мысли. По очереди взяв кинжал, они аккуратно выцарапали на одном из деревьев новую надпись: «К + Т = дружба». Полюбовавшись результатом, они вновь расправили крылья и продолжили путь
Привал закончился, и девушки снова поднялись в воздух, держась невысоко над кронами деревьев. Лёгкий ветер трепал волосы, солнце припекало крылья, и настроение было самым беззаботным.
А потом они услышали его. Сначала далёкий гул, который с каждым взмахом крыльев становился всё громче. Клёхо первой заметила в просвете между деревьями сверкающую на солнце водяную пыль. Она дёрнула Таму за рукав и указала вперёд.
Водопад открылся внезапно - широкая стена воды низвергалась с каменного уступа, разбиваясь о валуны в тысяче брызг.
Тама хлопнула себя по карману и с облегчением выдохнула, маленькая коробочка с фотокамерой была на месте. Клёхо тут же поняла замысел подруги, подлетела ближе и обхватила её за плечи. Встали так, чтобы водопад остался за спиной.
Тама навела объектив, поймала кадр, где обе улыбаются, а за ними шумит и искрится водяная стена, и нажала на кнопку. Щелчок вышел громким, почти как гул водопада.
Клёхо тут же потянулась посмотреть, что получилось. Тама дала ей заглянуть в маленький объектив, и обе довольно закивали. Снимок вышел живым, настоящим с развевающимися волосами, прищуренными от солнца глазами и этой огромной стихией за спиной, которую они только что приручили одним нажатием.
Спрятав камеру обратно, Тама вздохнула, не от усталости, а от переполнявшего её тепла. Клёхо уже развернулась, готовая лететь дальше, и нетерпеливо помахала рукой. Они взмыли выше, оставляя водопад внизу, его шум ещё долго звучал позади, постепенно затихая за деревьями
Победители 3 дня
На следующее утро небо казалось ещё тяжелее, чем обычно. Тяжёлые тучи нависали над стойбищем, словно предчувствуя грядущее испытание. Анай проснулась затемно и долго сидела у входа в свою палатку, глядя, как охотники разводят костры и готовят оружие для предстоящего ритуала.
Испытание должно было начаться в полдень, когда солнце достигнет зенита, когда духи предков наиболее благосклонны к истинным намерениям. Девушка перебирала в пальцах подвеску из клыка медведя, подаренную отцом в день её совершеннолетия.
И вдруг она почувствовала мягкое прикосновение к своему плечу. Обернувшись, Анай увидела свою бабушку, чьи глаза, выцветшие от времени, всё ещё хранили мудрость всех поколений, живших до них. Старуха опиралась на резной посох, который был старше даже самого вождя, и в её взгляде читалась такая глубокая печаль, что у Анай сжалось сердце.
— Пойдём, внучка, — тихо сказала бабушка. — Нам нужно поговорить до того, как ты выйдешь на круг.
Анай без колебаний последовала за ней в маленькую палатку. Едва за ними опустилась тяжёлая шкура, закрывающая вход, как старуха опустилась на шкуры у очага и жестом пригласила внучку сесть рядом.
— Я знаю, что ты получила письмо, — начала бабушка, и голос её дрогнул. — Я видела, как ты его прятала. Поэтому я хочу знать… ты действительно понимаешь, на что идёшь?
Анай сглотнула. Впервые за последние дни она позволила себе сбросить маску уверенности. Её глаза наполнились влагой, и она протянула дрожащие руки к бабушке.
— Я боюсь, бабушка, — прошептала она, и голос её сорвался на едва слышный шёпот. — Я не боюсь испытания. Я не боюсь битвы. Я боюсь… что если я уйду, я не смогу вернуться вовремя. А если я не вернусь? Что станет с нашим народом?
Слёзы покатились по её щекам, и она уткнулась лицом в колени старой женщины, как делала когда-то маленькой девочкой.
— Бабушка, я видела это письмо. Оно было написано кем-то из тех земель, куда я хочу отправиться. Там были слова… слова, от которых у меня кровь стыла в жилах. Наши враги не дремлют. Те, кто ненавидит наш народ, они ищут нас. И если я не найду способ защитить нас, если не узнаю их секреты… мы все погибнем. Я не могу просто сидеть и ждать, пока беда придёт к нам. Я должна идти навстречу, должна разведать, должна найти тех, кто сможет помочь. Но что если я уйду слишком далеко? Что если я не успею вернуться?
Бабушка молча гладила её по голове, перебирая длинные тёмные волосы, как делала много лет назад, когда Анай просыпалась в страхе от ночных кошмаров.
— Ты носишь в себе нашу кровь, — наконец тихо произнесла старуха. — Ты носишь в себе память всех, кто был до тебя. Ты думаешь, что боишься за народ? Но народ это не просто люди, которые живут здесь, Анай. Народ это та сила, которая живёт в тебе и в каждом из нас. Куда бы ты ни пошла, ты всегда будешь нести его с собой.
Анай подняла заплаканное лицо, и бабушка нежно вытерла её слёзы всё ещё тёплой ладонью.
— Но что если я потерплю неудачу? Что если я не смогу ничего найти? Что если моё путешествие будет напрасным, и я вернусь с пустыми руками, а враги уже будут у наших ворот?
Бабушка покачала головой и притянула внучку к себе.
— Неудача — это не конец, девочка моя. Только тот, кто ничего не делает, никогда не ошибается. Ты идёшь с чистым сердцем. Ты идёшь ради своего народа, а не ради славы или власти. И духи это видят. Они уже сегодня дадут тебе знак, что ты на верном пути. Я чувствую это.
Они долго сидели молча, слушая, как за стенками палатки готовятся к испытанию. Где-то били в бубны, где-то пели воины боевые песни, призывая духов. Но в этом маленьком убежище царили лишь тишина и понимание между двумя женщинами той, что видела множество зим, и той, кому предстояло встретить свою самую трудную весну.
— А теперь вставай, дочь моего сына. Сотри слёзы и покажи всем, что такое настоящий вождь. Покажи им, что ты не та, кто боится оставить свой народ, а та, кто готова пересечь весь мир, чтобы его спасти.
Солнце так и не пробилось сквозь тучи. В полдень на тренировочном кругу было сумрачно, и ветер гнал по земле сухие листья.
Анай вышла с деревянным мечом в руке. Напротив неё Эркем, лучший воин племени. Все знали, он не ударит в полную силу, но и не поддастся. Никто не хотел её смерти. Только проверки.
Они сошлись. Удары, резкие, быстрые. Дерево стучало о дерево. Эркем теснил её, но Анай уходила, кружила, искала слабину. Тучи сгустились до черноты, и в какой-то миг всё вокруг затихло, даже бубны смолкли.
Анай сделала выпад, ложный, и в тот же миг с неба ударила молния прямо за спиной Эркема. Он моргнул, дрогнул. Она использовала это, одним движением выбила меч из его рук и замерла с остриём у его груди.
Тишина...
А потом с неба хлынул тёплый летний дождь. Кто-то закричал, засмеялся. Знак духов, так ясно, как никогда.
Анай опустила меч, глядя на бабушку. Та лишь кивнула из-под полога палатки. Слёзы смешались с дождём на её лице, но она улыбнулась. Она знала, теперь можно.
Анай получила разрешение от духов и своего племени, доказала, что она всё-таки достойна пройти долгий путь в другой край. Но прежде чем уйти, ей предстояло собрать вещи, ведь кто идёт с пустыми руками вдаль? Она долго выбирала, что ей необходимее всего взять с собой в дорогу. Парочка инструментов, вроде ножика для мелочей, еду и даже тёплую одежду, если вдруг станет ещё холоднее и посох растратит всю энергию солнца. И пока собиралась, приходила в себя после весьма адреналинового боя, уже наступил вечер. И всё же, она не стала ждать до утра. Рысь пробиралась сквозь кусты и полянки, следуя карте, пока не набрела на странный лес. Войдя в него, она заметила, как даже небо лишилось звёзд вокруг - без ориентиров стало двигаться сложно. Анай спустя некоторое время осознала и вовсе, что она заблудилась, ведь встречала всё одинаковые деревья и тропинки, и даже не могла учуять, откуда пришла. Конечно же лес уготовил ей трудности. Время от времени, сильно проголодавшись, она доставала еду понемногу и подкреплялась.
Но отчаяние всё росло и росло, она аж испуганно и тревожно начала метаться от всё тех же деревьев к другим, изученным уже раз десять, а то и пятнадцать. Но горе длится не вечно - и рысь вдруг видит, как вокруг неё, на земле и в воздухе, загораются сотни ярких голубых светлячков. Они двигались хаотично и пока только создавали иллюзию безопасности... Но вдруг на дорожке перед девушкой появился кролик. Выглядел он явно уставшим и голодным. И хотя пока девушка плутала - на нервах подъела большинство еды, не заметив этого самостоятельно. И всё же немного осталось. Перед девушкой стоял выбор - поделиться с бедным малышом или оставить себе самой.
Но Анай долго не думала - её доброта всегда брала верх над ситуацией, так что она присела перед кроликом с блестящими глазками, погладила его и накормила. И как только он закончил есть - светлячки вдруг выстроились в ряд. И кролик поскакал в определённую сторону оглядываясь - он точно ждал, пока девушка пойдёт за ним. Рысь задумалась, но быстро догадалась, что это было всего лишь проверкой духа на её намерения. И она её прошла. Через полчаса девушка уже легко вышла из леса и ещё раз поблагодарила кролика. И всё же, путь не окончен. Приключения дальше всё ещё ждали её...
Покинув рыбака Анай продолжила путь.Солнце поднималась все выши и лес пробуждался. Анай иногда останавливалась, чтобы лицезреть пробуждение дикой природы.Данная картина была завораживающей. Ведь всякая жизнь имела смысл. И вот Анай вышла на поляну с жёлтыми цветами. Легкий ветер стал трепать лепестки и поднимать их в воздух. Те закружились вокруг Анай и та в этом увидела добрый знак.Анай сила на колени и сжала посох. Она стала молиться богам за все. Шанс помочь своему народу, за испытания и за будущее. Она знала, что её ждет ещё много испытаний и она была к ним готова.
Несколько следующих дней выдались непростыми. С самого утра небо затягивали тяжёлые серые тучи, а затем начинался дождь. Ливень, казалось, не собирался заканчиваться даже спустя несколько часов. Промокшая одежда липла к телу, а дрова отсыревали быстрее, чем Анай успевала их собрать. Под вечер она нашла укрытие под корнями огромного поваленного дерева. Дождь барабанил так громко, что заглушал все остальные звуки леса. Наконец разведя небольшой костёр, Анай сняла промокший плащ и свернулась клубочком возле огня. Она вспоминала бабушку, как та гладила её по голове во время долгих посиделок у очага, как готовила, вспомнился и их разговор перед испытанием. Слова о том, что народ живёт не только в стойбище, но и внутри неё самой, придавали девушке решимости, и всё же она не привыкла быть одна. Впервые после ухода из дома Анай по-настоящему почувствовала расстояние между собой и родными. Ей вдруг захотелось снова услышать знакомые голоса, на какое-то время она даже засомневалась в своём решении отправиться в путь. Но затем девушка заметила, что шум дождя стал тише, она медленно выбралась из своего укрытия и замерла. Впереди, над мокрым лесом, раскинулась огромная радуга, настолько прекрасная, что Анай невольно улыбнулась. Её яркие цвета отражались в каплях воды на листьях и в лужах между корнями деревьев. Девушка вспомнила слова бабушки о том, что духи обязательно подадут знак тому, кто идёт с чистым сердцем. Усталость никуда не исчезла, путь всё ещё был долгим, но тревога стала немного слабее. Она ещё раз посмотрела на радугу, поправила сумку на плече и продолжила свой путь.
Оправившись после последнего испытания и уняв тряску Анай продолжила свой путь. Ей довелось пройти страшный лес, серьезное испытание храбрости и даже испытание на мечах. Во всем она справилась блистательно и наконец-то осознала. Больше ее не окружает холод ее родных мест. Солнце грело и почти что целовало ее. Она словно чувствовала его в своих ладонях. Оно хочет поведать ей что-то новое. Анай поняла: она пришла.
Победители 4 дня
История началась с подземного города, название которого звучало из уст каждого его жителя: «Алмаркат». Находясь там, девочка по имени Рика собиралась в одно замечательное место — в школу. Роясь в своих вещах, она вновь обратила свой взор к карте пустыни, висящей на стене её комнаты, где, помимо схемы пустынных просторов, находилось ещё и множество различных насекомых, которых она бережно собирала при помощи своего компаса.
Свериваясь с картой и прокладывая свой будущий маршрут, та стала торопливо собирать свои вещи, дабы не опоздать на дирижабль.
Палка с жуком с собой, компас и заколка — вот это главное! Взяв с собой ещё некоторые предметы, необходимые для путешествия, девушка, вновь оглядев свою комнату, направилась к выходу.
Найдя нового друга, Рика наконец-то отправляется путь. Он пролегает сквозь знакомые улицы, с которыми предстоит попрощаться на ближайшее время. Когда она снова увидится с ними? С семьёй? И все же ожидание перемен, новых знакомств приятно бурлит кровь. Она осматривает знакомые с детства дома и переулки, мысленно прощаясь с этим. Здесь, Сейчас начинается её новое приключение. Что оно принесет? Только одной судьбе дано это знать
Находясь в своих мыслях, задавая себе вопросы о судьбе, приключениях, и неизвестном будущем, девушке пришлось резко оборвать свои думы, услышав мольбу о помощи из какого-то скалистого переулка.
"Блин, я тороплюсь", рассуждала Рика. Но могла бы она себе простить, случись что то по её вине, если бы она могла это предотвратить? Поэтому девушка решила осторожно взглянуть в чём дело, а потом если что продолжить путь. До дирижабля всё равно было уже рукой подать.
Два подростка задирали какого-то бедного ребёнка, тряся перед ним его же кошельком. От такого зрелища кровь закипела. В подземном городе нередко приходится сталкиваться с несправедливостью, особенно если ты мал и слаб. Именно поэтому Рика хотела стать чем-то большим, чем просто очередным грызуном живущим по правилам "бей или будь побитым".
Грызуны умеют работать сообща, и прекрасно относятся к товарищеским узам. Но если ты один, то ты вне "стаи" и легко можешь стать мишенью. Резко появившись в проходе переулка, Рика крикнула:
— Эй, шпана! Хотите получить по жбану?! А ну отдали кошелёк и ушли отсюда!
Не ожидавшие получить нагоняй от кого-то постарше, подростки ретировались и выполнили её "просьбу". Рика не стала задерживаться и пытаться узнать что-нибудь о самочувствии жертвы. У неё нет возможности здесь оставаться и привязываться к случайному незнакомцу, ведь дирижабль не ждёт.
Рика в последний раз подумала с надеждой, что этот поступок заставит измениться хотя бы тех обидчиков. Она не хотела больше думать о жестокости мира, это бессмысленно. Лучше думать о том, как люди в нём станут лучше. Потому что с этого всё и начинается.
Тем временем девушка заметила уже ожидающую Анай и огромный, великолепный дирижабль..
Рика ожидала увидеть большой дирижабль, но реальность превзошла все её представления. Огромное судно возвышалось над причалом подобно отдельному району города. Его металлический корпус терялся где-то под сводами пещеры, а вдоль бортов сновали рабочие, другие будущие ученики и грузчики, готовя судно к предстоящему путешествию. Как житель подземного города она и представить не могла что уже совсем скоро она покорит небо. Рядом с посадочной площадкой Рика заметила девочку рысь с посохом что источал тепло, это была Анай. Заметив восхищённый взгляд рыси, она сообщила, что до отправления остаётся ещё около пяти часов. Подготовка к дальнему перелёту занимала немало времени, поэтому пассажиров приглашали прибывать заранее, но даже так девочки пришли слишком рано и даже после того как они сложили багаж оставалось много времени. Слово за слово девочки подружились и уже через пару минут они обсуждали величественность дирижабля держась за посох Анай, и пока они обе разглядывали судно то услышали как другие ученики обсуждали достопримечательности столицы. Девушки решили не упускать возможность увидеть город перед долгим путешествием и прогуляться
Прибыв в столицу Рика потащила Анаю на рынок.Время было ближе к полудню.Народу было много и продавцы шумели,выкрикивая рекламу своего товара завлекая любопытных покупателей.Рика любопытно сновала то к одному прилавку то к другому.С интересом рассматривала товары и тут же начинала задавать вопросы,что это и поскольку. Аная наоборот скромно заглядывала и стоило появиться скоплению покупателей отходила,чтобы не попасть в давку и не потеряться.Благо Рика когда теряла интерес к товару и не забыв про Анаю брала ее за руку и тащила к следующему прилавку,что ее заинтересовал.И вот Рика заметила закуток,где был стенд с жучками на шпажках.Рика воодушевилась и она поняла,что точно их купит,но в закутке по мимо жучков были и драгоценные камни и один из них привлек внимание Рики.Тем,что был похож на камень из посоха Анаи.Рика не думая схватила его с прилавка.
-Аная,смотри.На твой похож.-сказала Рика рассматривая идеальную теплую оранжевую сферу.
-Дай взглянуть.-Аная потянулась к находке Рика.
-Руки!-раздался грозный голос продавца.
Обе девушки замерли.
Рика вздрогнула, но вместо того чтобы испугаться, она звонко рассмеялась и вытащила из кармана небольшой расшитый бисером мешочек.
- Да вы чего, дядь? Мы не воры! - она ловко развязала тесёмку и высыпала на прилавок горсть блестящих монет. - Вот, смотрите. Беру!
Продавец, суровый мужчина с густыми бровями, подозрительно прищурился, пересчитал монеты и хмыкнул. Монет было даже чуть больше, чем стоила сфера. Видимо, Рика в спешке не стала мелочиться.
- Ладно, - буркнул он, пряча деньги. - Берите, шустрые. Но в следующий раз спрашивайте.
Рика уже сжимала тёплую оранжевую сферу в ладони и тянула Анаю прочь с рынка. Они выбежали из шумной толпы, завернули за угол и остановились чтобы перевести дух.
- С ума сошла! - выдохнула Аная, поправляя растрепавшиеся волосы. - Откуда у тебя столько денег?
Рика хитро прищурилась и достала из того же кармана уже пустой мешочек.
- Накопила.. Да и родители дали в дорогу - призналась она. Рика подбросила сферу на ладони, и та мягко засветилась в лучах полуденного солнца. - Смотри, она тёплая! И вибрирует! Как твой камень в посохе. Это не совпадение.
Аная осторожно взяла сферу, и по её пальцам пробежала едва заметная золотистая искра. Девушка затаила дыхание.
- Она... откликается, - прошептала она. - Рика, это не просто украшение.
- Вот именно! - подпрыгнула от восторга Рика. - Поэтому я знаю, куда нам бежать сейчас.
Она схватила Анаю за руку и потащила её вверх по узкой улочке, в чайную лавку, где пахло сладостями.
Девчонки бежали, смеясь и спотыкаясь, а оранжевая сфера в руках Анаи пульсировала всё ярче, будто вела их за собой.
Рика знала эти места как свои пять пальцев, поэтому ей совсем не составило труда найти дорогу к чайной лавке, которая, благо, находилась не так уж и далеко. Солнечный зной бил в голову, поэтому появилась необходимость освежиться каким-нибудь прохладным напитком. Но, конечно же, без сюрпризов не обошлось. Анай глуповато похлопала глазками и даже слегка нахмурилась, увидев небольшое каменное сооружение прямо перед чайным магазинчиком. Но сурикат принялась объяснять что это и откуда оно здесь. Поведала о том, что когда-то их народ с трудом выживал в пустынях, но однажды духи начали помогать им. Некоторые духи даже научили местных строить подобные фонтаны, основание которых проходит глубоко под землёй. Они черпают чистейшую питьевую воду, которую можно использовать для того, чтобы попить, освежиться, или даже налить для заварки чая. Рика предположила, что возможно подобные солнечные сферы - тоже артефакт, переданный духами людям родом из мест рыси. В целом, у той не возникало мысли спорить, но любопытство всё равно брало верх. Она положила свой камень на верхушку фонтана и обнаружила, как идеально он встал на это место. Вода слегка засияла и стала чуть теплее. Девушки на это улыбнулись и пошли внутрь чайной лавки. Рика с порога обратилась к её владельцу с наглой ухмылкой. Кажется, она очень фамильярно обращалась с ним, словно могла себе позволить.
- Эй, приятель, сделай-ка нам с моей новой подругой чего освежающего, как обычно!
— О, здравствуй! — владелец лавки, молодой паренёк с темными растрепанными волосами, которому перешла лавка когда-то от деда, охотно отозвался на зов Рики, выйдя из-за прилавка. — Рад тебя видеть. Садитесь, сейчас всё сделаю. Тебе как обычно?
— Да, — ответила Рика, — И моей подруге тоже. — она прошла вглубь лавки, ведя за собой подругу, и выбрала один из свободных столиков у окна, откуда открывался прекрасный вид на город. Когда обе девушки сели, хозяин лавки уже принёс заказы — освежающий после жары напиток, особым рецептом которого славилось это заведение.
— Ты знакома с ним? — спросила Анай, повернув голову в сторону
пустыни.
— Да так, виделись, — усмехнулась девушка, делая глоток из узорчатой чашки.
Когда освежающие напитки были наконец допиты, подруга попрощались с владельцем лавки и направились к дирижаблю, который уже скоро должен был отправляться.
Девушки забрались в гондолу дирижабля. Свободных мест оказалось было много, еще не все люди заняли свои места, Рика и Аная сели на свободные места, Рика достала из своего чемодана карту.
- Ух ты! - выдохнула Аная, когда Рика развернула карту. - Это что, весь наш путь?
Рика кивнула, водя пальцем по извилистой линии маршрута, которая была обведена красной нитью.
- Смотри, - начала она, - сначала мы летим над Стеклянными холмами. Говорят, в полдень они сверкают, а потом - озеро Трёх Лучей. Оно всегда розовое, потому что на дне особые водоросли.
Все заняли места и дирижабль плавно набирал высоту, из окна уже был виден весь рынок - крошечный, игрушечный, словно макет.
Рика тем временем продолжила водить пальцем:
- А вот тут, - она указала на точку, где маршрут резко поворачивал на восток, - это Ущелье Поющих Ветров. Мы будем там как раз на закате. Если повезёт, увидим, как камни светятся.
- А что там дальше, после ущелья? - спросила Аная, заинтересованно разглядывая карту.
Рика хитро улыбнулась и замолчала, заставляя подругу ждать.
- Дальше - наш пересадочный узел, город Портовый. Там мы будем час, я хочу купить те местные лепёшки с сыром, они обалденные. А уже оттуда прямой рейс до нашей школы, - она провела линию до самого края карты, где красовалась маленькая башня с флагом. - Мы будем примерно через семь часов. Так что у нас есть время.
Аная тихо ахнула, когда дирижабль проплывал над первыми склонами холмов - они действительно переливались.
- Рика, - вдруг тихо сказала Аная, - а твой камень… он ведь не просто так нам попался, да?
Рика оторвалась от карты, посмотрела на неё серьёзно и взяла за руку.
- Да, - просто ответила она. - Это не случайность, Аная. Мы должны разобраться, что это за камни.
Они сидели плечом к плечу, а внизу проплывали сверкающие холмы, и ветер мягко покачивал гондолу, унося их всё дальше от шумного рынка, к новым тайнам.
Победители 5 дня
Амона в очередной раз сидела в своей комнате и безумно скучала. Ей казалось, что уже просто не придумает ни одного занятия на сегодня. Никаких балов не предвиделось, а гулять с охраной казалось невероятно скучным! В общем, девушка настолько отчаялась, что аж решила заняться географией, которую просто постоянно откладывала или не воспринимала. Может хоть что-нибудь на карте её заинтересует? Да, она принцесса и должна знать всё о мире вокруг, но она настолько держалась в ежовых рукавицах без приключений, что её это очень утомило.
И вот она лежит на кровати, изучая своё королевство. Дворец, улицы между цветов, уже давно знакомые поляны с деревьями...
Так, подождите, а это ещё что? Какой-то странный кусок карты, не настолько ярко отмеченный, но всё-таки находящийся на карте. И хотя Амона не так уж и внимательно слушала своего учителя географии, но об этом лесе она точно слышит впервые. Её глаза разбегались, она тыкала своим изящным пальчиком на отметку на карте и была так обрадована! Вот, вот куда она хочет! Хочет изучить этот лес поглубже, чтобы данные о нём на карте были чёткими.
Вскочив с кровати, Амона, вдохновлённая и воодушевлённая, сразу побежала прочь из комнаты, намереваясь тихонечко выбраться незамеченной. Да, сегодня она бунтарка и непослушница!
Амона тихонько прокралась из комнаты, на цыпочках пересекла столь душные коридоры, что всегда давили на неё своей серьезностью. Будучи выращенной в ежовых рукавицах, дом давно стал ассоциироваться у неё с клеткой: нудные обязанности тут и там настигали её, строгие наказания матери, постоянные «ты должна, не позорь нашу семью!» — всё это так утомляло, что всегда хотелось вырваться из этой клетки на свободу.
Как бы она ни старалась идти незаметно, шаги её все равно гулким эхом отражались от стен — благо, никого рядом не оказалось. Видимо, сегодня удача была на стороне Амоны, что несказанно радовало.
Мгновение — и вот она, заветная дверь! С узорами, мерцающими в полумгле, с расписанной великолепными пейзажами ручкой, она привлекала её, манила. Дверь наружу, в этот прекрасный мир.
Дождавшись, пока шаги за дверью стихнут, девушка тихо отворила ту и, пока охраны не было на месте, прокралась в сад.— Кто здесь!? — послышался грозный голос. Амона вздрогнула и сразу же нырнула за один из ближайших кустов. Благо, стражник, никого не увидя, пожал плечами и прошел мимо.
Прокравшись далее по саду, сверкающему своей красотой, она наконец выбралась за пределы замка и оказалась в бескрайнем поле. Спокойно выдохнув, она улыбнулась самой себе и обернулась: где-то далеко все ещё мелькала стража, но её они уже не беспокоили: она вырвалась.
Амона замерла на границе полей. Вдалеке начинался лес, но совсем не такой, как в учебниках. Светлые стволы и резные листья остались позади. Здесь деревья росли коряво, ветви сплетались в причудливые арки, а листва казалась не зелёной, а сизо-стальной, будто выкованной из лунного серебра. Ни одного цветка. Ни одной бабочки-феи. Только тишина, вязкая и тягучая, как смола.
Амона шагнула вперёд. Трава под ногами хрустнула сухо, во Флоралисе трава всегда была мягкой и влажной. Здесь земля оказалась плотной, усыпанной ржавыми иглами и мелкими желудями, каких она никогда не видела.
Она протянула руку к стволу ближайшего дуба и отдернула. Кора была холодной, как мрамор, и странно пульсировала, словно внутри дерева билось живое сердце. Амона прижалась ухом, и услышала глухой, ритмичный гул, похожий на барабан.
Над головой хлопнули крылья. Она резко обернулась.. никого. Только ветер из чащи шевельнул её платье. Он пах не цветами, а сыростью, мхом и чем-то сладковато-горьким.
В просвете между деревьями виднелась едва различимая тропа. Она вилась между корней, терялась в папоротниках, но от неё исходил слабый янтарный свет, тёплый, непохожий ни на солнце, ни на магию фей.
Девушка шагнула ближе. Лес не отталкивал, он притягивал, как запретный плод, о котором мать никогда не рассказывала. Тишина давила, но в ней слышалось что-то ещё: не слова, а чужое присутствие. Чей-то взгляд. Чьё-то дыхание за спиной.
Амона подняла голову. На самой высокой ветке сидела большая серая птица. Глаза её светились фиолетовым. Птица склонила голову, изучая её, и лес вокруг будто сжался, став теснее.
Амона попятилась. То, что манило секунду назад, теперь пугало. Она сжала кулон на шее, защитный амулет матери, и сделала шаг назад, потом второй. Птица не двигалась. Только прикрыла глаза, словно всё поняла.
Лес молчал. Но его холодный пульс всё ещё отдавался в кончиках пальцев, когда Амона наконец переступила границу полей. Цветы сомкнулись за её спиной, скрыв чужую чащу. Девушка выдохнула, но знала: она вернётся. Потому что там, за светом, скрывалось то, о чём молчали все бабочки Флоралиса.
Набравшись смелости, Амона сначала сделала один робкий шаг вглубь неизвестности, а затем продолжила идти чуть более уверенно. Хоть её нога ступала медленно и осторожно, она не могла остановиться – этот таинственный лес манил её столь же сильно, сколь и пугал.
Большие красные цветы обрамляли тропинку. Где-то среди деревьев пели неуловимые взору птицы. Далеко от самой Амоны раздавался шум веток и листьев, раскачивающихся на ветру. Неизведанный мир завораживал юную принцессу, а ведь это только начало! Кто знает, что лежит дальше по этой тропе?
Внезапный шум оборвал мысли Амоны и вновь вернул испуганную дрожь в её ногах. Сначала она не передала этому значения, но шум усиливался и, казалось, направлялся именно к ней. Без всяких раздумий, Амона ускорила шаг, а, когда пугающие звуки стали интенсивнее – побежала. Как же это странно: девушка мчалась не в сторону родного дома, где ей было бы безопаснее, а дальше, в глубь леса!
Шум сменился на стрекотание крыльев огромного насекомого, а воображение принцессы начало рисовать ужасных монстров, готовых вот-вот схватить её и превратить в свой ужин.
—Стоять, юная особа! - Тут же раздался чей-то голос позади. Женский. Суровый и, однако, знакомый.
Амона тут же встала, как вкопанная, и робко обернулась: её преследователем оказалась одна из стрекоз-стражниц королевского дворца.
—И куда мы это спишим, Ваше Высочество? - Стражница говорила устало и несколько надменно.
Амона вошла в тронный зал, тот самый, где воздух всегда пах лавандой и воском, а высокие окна превращали солнечный свет в золотые дорожки на мраморном полу. Мать сидела на своём месте, прямая, как ствол цветочного дерева, и перебирала пергаменты. Увидев дочь, она лишь на мгновение подняла взгляд, этого хватило, чтобы Амона почувствовала себя провинившейся.
- Садись, - голос королевы звенел сухо, без лишних эмоций. Амона опустилась на край ближайшего стула, сжав руки в коленях.
Королева протянула ей конверт из плотной, шершавой бумаги, скреплённый сургучной печатью с изображением раскрытого бутона. Амона взяла его, повертела в пальцах. Письмо было адресовано ей, её имя выведено изящным, чужим почерком.
- Что это? - спросила она, хотя догадка уже шевельнулась внутри.
- Твоё зачисление в школу, - мать говорила ровно, будто сообщала о смене гардин в спальне. - Лучшее учебное заведение. Я подала заявку полгода назад.
Амона вскинула голову. Школа? Она думала, что мать навсегда запрёт её во Флоралисе, продолжит читать нотации о долге и чести. А тут - конверт, печать, приглашение.
- Ты летишь завтра на рассвете. Охранница-стрекоза проводит тебя до ворот. Не вздумай сворачивать в сторону, - королева чуть сощурилась, будто читала мысли дочери. - И не смей отказываться.
Амона смотрела на конверт. Бумага чуть шуршала под пальцами, сургуч блестел в косых лучах заката. Внутри кольнуло странное чувство - смесь обиды на то, что решили без неё, и… предвкушения. Школа. Новые места.
- Я полечу, - тихо ответила она и подняла взгляд на мать. - Но не потому, что ты приказала.
Королева ничего не сказала. Только едва заметно кивнула и вернулась к бумагам, давая понять, что аудиенция окончена. Амона сжала конверт в ладони и вышла из зала, чувствуя, как внутри разрастается что-то новое, острое и трепетное. Что-то похожее на надежду.
Амона, всеми силами стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри всё плясало и прыгало от радости, практически побежала в свою комнату. Прекрасные волосы её развевались на ветру, залетающим в замок через узорчатые окна. Сжимая конверт в ладони, словно боясь, что он пропадет, рассеется, как утренний туман, та отворила дверь в свою комнату и вошла внутрь.
С тех пор, как она ушла, ничего здесь не изменилось — лишь прислуга убрала беспорядок, оставленный Амоной.
«Спасибо», — мысленно поблагодарила она слуг. Упала на кровать, мягкую и прекрасную в своем уюте, недолго полежала на мягких подушках, все ещё не веря своему счастью, однако вскочила уже через пару минут: нужно собирать вещи.
«Ура, ура!» — радовалась она мысленно, открывая шкаф. Взяла оттуда прозрачную элегантную сумку, которую всегда брала с собой на удачу, и принялась собирать свои одеяния.
Вот её любимое платье, его обязательно взять… о, а вот и другая чудесная шляпка, столь милая Амоне. Столько вещей, столько всего!
Наконец-то собравшись, Амона глубоко вздохнула. Неужели это будет новое приключение? Теперь она будет общаться с новыми людьми в новом месте. Конечно, от такого она волновалась не меньше, чем когда собиралась сбежать для изучения нового леса, но... Она готова!
Готова отправиться куда-то самостоятельно. Ну, почти самостоятельно. Несколько страж-стрекоз всё ещё сопровождали девушку из замка, но потом, спустя некоторое время, с девушкой осталась лишь одна, которая попрощалась с другими стражниками. Принцесса окликнула её, чтоб поторопилась, ведь она уже сгорает от нетерпения. Извинившись перед Её Высочеством, стрекоза вернулась и полетела рядышком, продолжая нести свой надзор. Ей было так любопытно, почему же она так стремится улететь прочь из замка, на что получила весьма подробный ответ. Рутинность, стремление к приключениям, весьма глубокая опека... Стабильность и безопасность - это хорошо, но можно же ей тоже иногда побывать в проблемах, не так ли? Стражница согласилась, но всё равно спросила, не нужно ли ей помочь и с чемоданом, который она успела собрать после прозрачной сумочки и несла в другой руке.
Но девушка отказалась, сказав, что даже если ей тяжело - она сама набрала столько вещей. Возможно по привычке... Или хотела быть готовой ко всему на свете. Расставаться с домом нелегко, но никто же не сказал, что она не будет навещать родных потом, правда?
Стрекоза прониклась уважением к принцессе и ласково улыбнулась. Конечно, она заслужила свой титул и показывает это с достоинством. Теплится надежда, что рано или поздно даже королева открыто скажет ей, как её любит. Ведь королева пытается защитить дочь всеми силами. Но она так любит её, что порой забывает проявлять нежность и говорить просто ласковые слова. И Амона это прекрасно понимала, но ей так же хотелось больше эмоциональности и слегка больше фамильярности между ними. Даже если это не пристало королевской семье, но просто как между матерью и дочерью...
И всё же, принцесса с восхищением смотрела вперёд, будто заранее зная, что эта поездка того стоит. Интересно, путь предстоит долгий?
Впереди ждал город Портовый - совсем недалеко, а оттуда уже путь лежит в саму школу. Амона летела высоко над землёй и размышляла о всём, что ей могла уготовить судьба, пока та самая стрекоза из королевской стражи сопровождала её в полёте.
—Хорошая погодка, Ваше Высочество. - Произнесла стражница, подлетя чуть ближе. - Обычно в такую птенцы покидают свои гнезда и расправляют крылья.
То, что стрекоза произнесла как занимательный факт, Амона восприняла как необычный намёк. Она совсем легонько, хоть и неожиданно для попутчицы, взяла в руку свой чемодан и поднялась чуть выше в воздухе, набирая скорость. Окрылённая внезапным чувством грядущей свободы, Амона даже отдалилась от стражницы, желая обогнать чуть ли не сам ветер.
"Ох уж эти подростки," - размышляла стрекоза, пытаясь догнать королевскую особу, - "так и норовят побыстрее стать взрослыми".
В сущности же, Амона хотела не столько "взрослости", сколько свободы: ощущать кожей ветер и видеть огромные просторы, прямо как сейчас. А уж какой ветер будет в Портовом и Школе!
Победители 6 дня
Мерцающие вдалеке огни, эти далекие звезды, едва ли виднелись из огромных окон комнаты Авелин. Она, скучая, перекатывалась с боку на бок, то и дело вздыхая. Скука одолевала её, так ещё и эти раздражающие слуги, что постоянно маячили рядом, всё делали не так: то цветок уронят, то вазу не на то место поставят — в общем, сегодня они были на удивление нервирующими.
Наконец, оставшись на животе, та вновь подняла взор к окну, глядя в ночные просторы. Темные стены её комнаты изредка поблескивали в свете луны, проникающем через стекло. Цветок, служивший ей необычной кроватью, переливался и сверкал в серебристом свете.
«Скучно», — в очередной раз промелькнуло в её голове это слово, — «и чем бы заняться…», — и она уже хотела продолжить размышлять, однако из раздумий ее вывел робкий стук в дверь.
— Войдите, — коротко, слегка
резковато из-за плохого настроя приказала она.
—Добрый день, госпожа. - Один из слуг вошёл в покои Авелин. Им оказался паренёк, частенько сидевший в канцелярии её отца. - Король... - Его голос стал немного робким. - Желает вас видеть...
—Это не может подождать? - Авелин легкла лицом вперёд к слуге, демонстрируя своё нежелание идти. С отцом она сейчас хотела беседовать меньше всего, если вообще когда-либо хотела.
—Нет, госпожа. - Слуга медленно помотал головой. - Он велил привести Вас к нему немедля.
—Ох, так уж и быть! - Авелин спрыгнула с кровати и, поправив своё платье, направилась за придворным служкой. Как бы не хотелось, а идти надо было - если отец и зовёт к себе, то всегда по делу.
Вскоре оба вышли в коридор Дворца. Тишина спальни сменилась на тихие перешатывания прочих слуг и чиновников королевского двора, что вечно шастали в этом великом сооружению. Как же все эти заумные речи давили на ум Авелин! Этот раздражающий шёпот...
—А отец говорил, зачем вообще желает менять видеть? - Недовольно спросила Авелин, поворачиваясь к своему сопровождающему.
—Без единого понятия, госпожа. - Слуга ответил скучающе, заложив руки за спиной. Он с минуту сохранил молчание, но затем вновь заговорил. - Знаете, госпожа, я не понимаю Вас.
—В плане? - Авелин приподняла бровь.
—Вы ближе всех к Королю, а так сторонитесь его! - Слуга вздохнул и на секунду усмехнулся. - Разве Вам не радостно жить под его дланью?
Авелин не стала отвечать, переведя взгляд на убранства коридоров. "Под его дланью!" - Пронеслось недовольно в её голове. - "Скорее уж под его пятой!".
Они шли дальше молча...
После разговора со слугой у девушки остался на редкость неприятный осадок — а именно раздражение из-за этих подданных, которые всегда столь радостны и веселы, которые столь рьяно почитают её отца…
Размышления её прервала показавшаяся из-за поворота темная, кристальная дверь, расписанная узорами. Из завитков были сложены причудливые, прекрасные картины: битвы, пиршества и прочие сцены древних легенд.
Дверь отворилась и ударилась о стену с легким стуком.
— Ваше величество, — она холодно поклонилась, как её и учили на уроках этикета. — Вы хотели меня видеть, отец. — Авелин подняла взор, рассматривая своего родителя. Крылья его были не видны и спрятаны под роскошным плащом, серебристые волосы сияли в лунном свете. Она медленно подошла к трону и встала около, готовясь слушать.
— Да. Я хотел тебе сказать… — голос его, холодный и властный, разрезал воздух, — Ты отправляешься в школу. Твоя миссия — прощупать почву у наследников. На этом всё. Можешь ступать собирать вещи.
Отец, как и всегда, не проявил ни капли эмоций или сочувствия к Авелин. Конечно, для него даже собственная дочь - лишь инструмент для сбора политической информации, никак иначе. Как же девушке это надоело, последняя капля в её чаше терпения вылилась. И хотя перед отцом она попрощалась элегантно, как подобает, стоило ей выйти снова в коридор, она поглядела на всё того же слугу, что её привёл сюда. Тот, что удивлялся тому, как девушка относится к своему отцу. Он глядел на неё ровно так же, как и до момента её разговора с королём.
- Как прошёл ваш разговор, Ваше Высочество? Надеюсь, вы остались довольны? - спросил мужчина, словно и не догадывался по лицу девушки.
- Довольна? Довольна?! Было бы чему тут радоваться! Меня отправляют неизвестно куда ради исключительно политических дел. Хоть раз бы подумал о том, чего хочу я! А ты... Как ты можешь постоянно сохранять столь безразличное лицо?
Девушка аж легонько каблуком топнула, схватив один из хрустальных канделябров и занеся руку над слугой. Не собиралась она его калечить, но всё-таки было интересно проверить. Реакции не последовало, как того и следовало ожидать. Она словно окружена безэмоциональными существами. Да и сама, подстроившись, редко проявляла их. И всё же... Порой так хотела это сделать. Но ни отец, ни слуги явно не оценили бы это. Вот она и отпустила канделябр. Пусть он даже разобьётся, ей всё равно. А вот слуги, будучи бесконечно любящими короля, уберут с удовольствием. И девушка пошла дальше, вновь сохраняя хладнокровное лицо.
- Мне нужно расслабиться в саду.
—Как вам угодно, госпожа. - Молвил слуга, смотря вслед удаляющейся Авелин.
Через несколько минут дворец с его полными слуг коридорами остался позади, его сменил сад - место куда более тихое и уединённое, хоть и не лишённое своих обитателей в лице безмолвных статуй и таких же немногословных садовников. Авелин шла спешно от раздражения и недовольства. Так и неслись в голове мысли – почему отец видит в ней такой же инструмент, как в своих подданных!
Найдя скамью в самой уединенной части сада, Авелин села на неё и выдохнула. Здесь было спокойнее, можно перевести дух и поразмыслить, что можно делать...
А что делать? Проигнорировать требование отца нельзя: её отправят насильно, а если не будет справляться – приставят пару слуг. Сделают если не шпионкой, то лицом Кристфора!
А, может, бежать?
Авелин задрала голову и посмотрела на кроны садовых деревьев и шпили дворца. Куда отсюда бежать? Даже если верноподданные гвардейцы Короля её не поймают, то идти ей всё равно некуда – она потеряется и погибнет.
Раздражение и злость сменялись грустью, а затем и отчаянием. Некогда любимый сад начал давить своей идеальностью.
Победители 7 дня
"В медитации рождается мудрость, недостаток медитации погружает в неведение" - Бау тут же вспомнил наставления старших монахов, когда ему на плечо села вьюрка. Он не собирался прерывать своё упражнение ради какой-то птицы, хоть и очень хотелось. Как его и учили, Бау сделал медленный вдох и выдох, аккуратно опуская руки - всего-то принимал новую медитативную позу.
Где-то вдали хрустел снег - это бродили горные лисицы, уже привыкшее к человеческой компании. Чуть поодаль раздавался звук колокола - сигнал, что мантры дочитаны и монастырь возвращается к прочим занятиям. Но Бау продолжал медитацию, ибо ему нужно было ждать отдельного поручения. Значит, скоро придет один из помощников старшего ламы и разрешит закончить медитировать...
"Молодое тело подвижно и легко сбивает с срединного пути." - в голове Бау вновь вспомнились слова монахов. - "Хоть ты и не знаешь искушений большого мира, карма прошлых перерождений даёт о себе знать".
Тут вьюрка на плече парня защебетала, прямо в ухо. Бау потерял равновесие и чуть не свалился с камня, но смог удержаться и снова сделал медленный глубокий вдох. Ему хотелось рассмеяться от собственной нелепости, но нельзя сбивать медитацию - к тому же, вдруг помощник ламы уже рядом? Не хватало ещё раз опозориться перед собратьями!
Вьюрка, будто почувствовав его внутреннюю борьбу, вспорхнула с плеча и уселась прямо на макушку Бау, принимая его за очередной камень. Это было уже слишком. Бау распахнул глаза, чувствуя, как прохладный горный воздух обжигает лёгкие, а по спине пробегает предательский смешок, застревающий где-то в горле.
- Бау. - Голос раздался за спиной, ровный и спокойный, как поверхность озера.
Парень замер, медленно обернувшись. На тропинке стоял помощник старшего ламы - юный монах по имени Чин, чьё лицо всегда хранило бесстрастное выражение.
- Старший ждёт тебя, - произнёс Чин, и, бросив короткий взгляд на вьюрку, торчащую из головы Бау, добавил: - Твоя медитация окончена.
Пока они шли по каменным ступеням, огибая сухие кусты барбариса, Бау чувствовал, как сердце колотится быстрее обычного. Обычно старейшина не вызывал к себе учеников просто так. В воздухе витало что-то новое, что-то, что заставляло снег под ногами хрустеть особенно звонко.
Бау чувствовал смесь разных эмоций, пытался собрать мысли в кучу. Конечно, для него это было чем-то необычным, новым. Страх перед подобным - нормальная вещь, особенно если ты не знаешь мира за горами, своим домом. И всё же... Предвкушение от новых знаний, новых друзей, которые не просто монахи, а обычные ребятишки, которых явно не волнуют многочасовые медитации, как волнуют его... Да, а в этом что-то, определённо, есть. Придётся подстроить свой распорядок дня и привычки под то, что его ждёт там. Это будет сложно и непривычно, но в этом и радость. Очередные трудности, которые ему предстоит преодолеть. Всё ради развития и закрепления стойкости духа, наполнению своей души новой мудростью и мировоззрением.
Парень будет очень скучать по своим близким, гораздо более мудрым и опытным монахам, которые его воспитали и тренировали. Но он так же принимает то, что так будет лучше для него. Ведь мир настолько многогранен и ни одна самая глубокая медитация не позволит постичь его полностью. Даже внутренняя гармония не покажет, какие же проблемы хранятся там, в сердцах людей. А ведь и он может помочь им, если понадобится!
Барс шёл по тропинке вниз, смотря на небо и солнце. Солнце грело и ободряло его, так же символизируя новое начало для Бау. Бау протянул к солнцу руку и мягко улыбнулся. Надежда на лучшее, а так же душевное равновесие снова теплились в нём. Перебирая мягкими лапками, он медленно спускался по лестнице, даже не обращая внимания на ступеньки. С гордо поднятым носиком он следил за этой яркой сферой в небе. Годы тренировок и медитаций не прошли даром, теперь он способен на многое.
На то, что люди в школе посмотрят с огромным удивлением, но Бау об этом пока не подозревает.
После беседы со Старшим ламой, Бау направился в главный монастырь, где принял от собратьев-монахов новую одежду и наставления. Братья сохраняли свой невозмутимый настрой, но по глазам было видно - им трудно прощаться с тем, кого они вмести взрастили, хоть разлука и временна.
Облачившись в мирские одежды, Бау поклонился монахам и изрёк:
—Намо гурубэ намо буддая нама дхармая намо сангхая. - То была мантра о принятии Трёх Драгоценностей: Будды, Дхармы и Сангхи.
—Не сбивайся с пути, Бауцзин. - Ответил одиз из монахов, но в его глазах читалось другое: "Ты не собьешься, малый Бау, мы верим в тебя".
Путь лежал долгий – к низу горы, через реку и владения природы, где от человеческих рук лишь старые ступени из камня. Но ведь и Великий Учитель пришёл к Просветлению через тернии и никакой дороги ему никто не прокладывал - так что Бау не печалился.
Монастырь оставался позади, как и старая жизнь, и новая одежда сидела по-другому - слишком комфортно и слишком неприятно разом, лишь бы она не стала помехой, если придется обороняться своими руками...
На пути показался небольшой алтарь, поставленный для паломников, словно внезапное напоминание о доме, только что покинутом. Бау подошёл к этому маленькому сооружению и решил зачитать ещё одну мантру в дорогу дабы отвести от себя намерения злых духов и сохранить концентрацию на Путь. Тут во время молитвы на алтарь села вьюрка - будто та же самая, что сегодня чуть не сорвала медитацию!
—Пришла проводить меня? - Бау слегка улыбнулся, поглядывая на птицу. - Или хочешь подношения украсть, а?
Но вьюрка затрепетала, так тревожно, словно пыталась предупредить о чём-то...
Солнце клонилось к закату, когда Бау наконец добрался до пристани. Ноги гудели, а в голове всё ещё звучали отголоски утренней медитации.
Пристань была старой, деревянной, доски прогнулись под тяжестью времени, а вода у берега казалась почти чёрной в сумеречном свете. У столба покачивалась небольшая лодка, внутри лежало весло
Бау оглянулся на горы. Храм уже скрылся за облаками, и только снежные пики ещё горели розовым от заходящего солнца.
- Ну что, - тихо сказал он, обращаясь к самому себе, - путь до лодки был неблизкий. Но теперь - вода.
Он шагнул на качающиеся доски, и пристань жалобно скрипнула. Бау аккуратно спустился в лодку, ощутив, как дерево принимает его вес. Взял весло в руки, оттолкнулся от столба, и лодка бесшумно скользнула в тёмную гладь.
Горы медленно отдалялись, растворяясь в наступающих сумерках. Впереди - только вода и далёкий горизонт. А за ним - пустыня, дирижабль и неизведанная жизнь, которой его учили не бояться.
Поначалу Бау с сомнением держался за весло, вновь и вновь обдумывая свою поездку. Весло казалось ему ключом. Ключом к новой двери, которую ему предстоит открыть и пройти. Дверь в новую жизнь и новые места. Кожа покрывалась мурашкой, кончик хвоста - дрожал. Он смотрел на окружающие его новые пейзажи спустя пару часов и восхищался. Уже здесь мир был совсем иным - чуть больше деревьев, горы ушли совсем на дальний план. Даже его храм если и был замечен зоркими глазами барса - казался чем-то не больше муравья, хотя в душе парня этот храм был всем. Семьёй, его пока не столь широким миром, его друзьями и поддержкой. А теперь он смотрит уже не на столь высокогорных птиц, которые так и норовят схватить рыбку из реки, по которой он плывёт.
Бау даже воскликнул удивлённо, когда одна из таких пернатых юркнула практически под его лодкой, нырнула без всплесков и лишнего шума. И была такова - вынырнула уже с рыбой в клюве. Парень усмехнулся и проводил ту взглядом, продолжая плыть по течению, непременно впитывая даже из простой воды возможную духовную энергию. Вдох-выдох...
Барс сам и не заметил, как ушёл в медитацию под звуки природы настолько глубоко, что аж... Потерялся. Мало того, что он не помнит, как плыл последние полчаса, не сворачивал ли с нужного пути, так ещё и его безустанно плыла потом по одному и тому же круг в реке, не понимая, а барс уже не понимал, откуда он приплыл и куда двигаться дальше. И всё же, его духовный переполох удалось спасти.
- Эй, приятель! Видать, совсем утомился от медитации, м?
Голос исходил от незнакомого мужчины в соседней лодке. Даже одет похоже. Бау поглядел на него и, сначала неловко замявшись, всё-таки кивнул.
- Есть немного.
Итак, между ними завёлся занятный разговор на тему того, как этот мужчина здесь оказался. Оказалось, что он своего рода проводник для монахов, которые покидают родные горы и встревают на этом месте, переполненном духовной энергией. Больно уж близка природа для этих барсов, связь с ней крепка, вот они и отключаются, воссоединившись с ней полностью. Немного поболтав и приободрившись от добрых слов и пожеланий удачи, Бау снова взялся за весло и с улыбкой поплыл дальше, попрощавшись.
Бау проводил взглядом лодку проводника, пока та не растворилась в вечернем тумане. Улыбка всё ещё теплилась на его морде - слова незнакомца придали сил. Он крепче сжал весло и направил лодку вперёд, туда, где река сужалась и уходила под сень деревьев.
Лес встретил его тишиной. Густые кроны смыкались над головой, превращая небо в рваные лоскуты сумерек. Вода стала тёмной, почти чёрной, и в ней отражались лишь редкие огоньки светлячков. Где-то ухала сова, и звук разносился эхом между стволами.
Бау плыл медленно, вглядываясь в берега. Корни деревьев спускались прямо в воду, переплетались и создавали причудливые арки. Местами приходилось наклоняться, чтобы не задеть низко нависшие ветви. В воздухе пахло влажной корой, прелыми листьями и чем-то сладковатым, возможно, болотными цветами.
Бау заметил, что течение стало слабее - река здесь почти стояла, заросшая кувшинками и ряской.
Он сделал глубокий вдох, стараясь не поддаваться тревоге. Лама говорил, что путь будет разным: и светлым, и тёмным. Видимо, сейчас настала тёмная часть.
- Не бойся, - прошептал Бау, - Это просто лес. Вода, деревья, тишина. Ничего страшного.
Но когда впереди показался развилок - два рукава реки, расходящихся в разные стороны, он насторожился. Какой выбрать? Никаких указателей. Только чёрная вода и бесконечные деревья.
Вспоминая проводника, Бау не покидали мысли, что здесь не помешал бы ещё один подобный господин. Он, тихо вздохнув, закрыл глаза, на несколько минут задумался, а затем, открыв свои очи, начал грести к одному из берегов. Нет уж, тут правда надо внимательно продумать всё.
Он вновь обвел внимательным взглядом лес. Тихий, он словно давил на него, вызывая всё большую панику. Казалось, ещё чуть-чуть — и кто-то страшный, огромный выпрыгнет из этих непроходимых зарослей.
«Нет, сейчас нельзя паниковать, надо думать.» — именно так и решил он, вновь отдаваясь размышлениям. Но необъяснимая паника нарастала, словно некое предчувствие съедало его. Спустя несколько минут долгих раздумий и поиска ответов в природе, его выдернул из дебрей своего разума странный звук.
Казалось, что-то огромное продирается сквозь растения, следуя его запаху прямо к нему…
— Так, а это уже плохо… — пробормотал он сам себе.
Из зарослей выглянула медвежья голова, внимательно окидывающая путешественника своим взором. "Лесной царь вышел меня встретить..." - пронеслось в голове Бау, но рука уже взялась за весло, готовясь развернуться и всё же поплыть в другую сторону.
Странный скрежет, шевеление веток... Дерево начало падать и лететь прямо на лодку. Бау выпрыгнул на берег, ухатив сумку с провиантом, а его уши рефлекторно прижались к голове - ствол упал с грохотом, разламывая лодку в щепки. Затем на дерево залез медведь и направился в сторону самого путешественника...
...В такие моменты Бау радовался, что старшие собратья-монахи обучили ему тонкостям боевых искусств. Как филигранно он ушёл от медведя, прыгая с дерева на дерево! Да, оставшийся путь пришлось преодолеть пешком, а не на лодке, но хотя бы так.
Пересекая через густые заросли и косые овраги, лапы Бау почувствовали, что лес наконец сменился чем-то более свободным и приятным. Вокруг были небольшие ручейки, редкие деревья и обильная травянистость. Кажется, ещё одна веха на пути к школе достигнута...
Первые лучи солнца уже давно поднялись над лесостепью, когда Бау продолжил путь. Теперь дорога стала заметнее, среди травы тянулась широкая тропинка, истоптанная множеством путешественников. По ней двигались путники, иногда попадались одинокие всадники, а ближе к полудню барс заметил впереди целую вереницу повозок. Караван медленно продвигался, несколько повозок были укрыты плотной тканью, яки размеренно шагали рядом, а их шеи украшали небольшие колокольчики. Бау некоторое время шёл позади, не решаясь подойти ближе. Он привык, что каждый знает своё место и не тревожит других без причины, однако один из караванщиков вскоре сам заметил юного барса, идущего уже почти час на одинаковом расстоянии. Сперва поглядывая с недоверием, но уже через короткое время поняв что парниша не имеет злых намерений пригласил Бау присоединиться. Дорога потянулась гораздо интереснее. Бау впервые понял насколько шумными могут быть люди, кто-то рассказывал истории, кто-то спорил о политической ситуации в родной стране, кто-то напевал песни, пока правил упряжью и ещё много разных голосов перебивали друг друга. Сам Бау в основном слушал, иногда задавая осторожные вопросы, а иногда просто молча шагал рядом, стараясь запомнить как можно больше нового. К вечеру караван остановился у небольшого ручья. Быстро разожгли костры, поставили котлы, животным принесли корм. После ужина Бау отошёл немного в сторону, выбрал ровное место, сел, скрестив ноги, выпрямил спину и закрыл глаза. Час сменился другим, путешественники успели поесть, убрать посуду, проверить повозки на завтра и даже разложить одеяла. Барс же так и не сдвинулся с места, на его голову даже уселась небольшая птичка, очевидно решившая, что неподвижный юноша вполне годится на роль удобной ветки. Когда наступила ночь тот самый караванщик что пригласил Бау присоединиться подошел проверить всё ли хорошо у парня. В ответ Бау открыл глаза, сделал медленный выдох и заметив собравшихся вокруг заинтересованных путешественников, принялся рассказывать о медитации. Многие слушали с искренним интересом, а несколько детей даже попытались повторить его позу. Впрочем, никто из них не выдержал дольше пары минут.
На следующий день караван остановился возле небольшого поселения, чтобы пополнить запасы перед дальней дорогой к пустынным землям. Бау решил воспользоваться случаем и самостоятельно купить еды. Рынок оказался совершенно не таким местом каким он его представлял, за пол часа что Бау там провел его успели несколько раз грубо толкнуть и он даже помог какой то бабушке в обмен на горсть орешков от которых не вышло отказаться. Барс некоторое время просто ходил между лавками, внимательно рассматривая всё подряд и удивляясь сколько разной пищи потребляют в этом городе. Наконец он подошёл к пекарю, где его радостно поприветствовали и предложили несколько видов лепёшек, сладкие булочки, хлеб с семенами и даже пряники. Бау растерялся ведь за всё время в монастыре он не выбирал собственную пищу и даже сладкие булочки казались ему излишеством. Спустя несколько минут расспросов он всё же купил простую лепёшку. Мир за пределами гор действительно оказался гораздо сложнее, чем он представлял. Бау поймал себя на мысли, что ему это начинает нравиться, даже если ради понимания мира приходится сначала узнать, что хлеб бывает не один, а сразу десять разных видов.
Да, Бау пришлось очень нелегко. Все эти новые места, новые люди, далеко не все из которых добрые и заботливые, как его близкие - почти что родные - монахи в храме. И всё же была в этом своя изюминка, преодоление стресса для закалки своей души.
Люди просто чувствовались такими живыми и необычными, каждый со своим характером. Кто-то - поможет в пути и протянет руку, помогая по пути, поддерживая весёлое настроение песнями и рассказами. А кто-то - грубо оттолкнёт и даже не посмотрит на то, кому довелась такая неприятная встреча. И всё же - они люди. Такие неидеальные, суетящиеся.
Путь от степи занял не слишком много времени, и вот он уже шагает по горячему песку, который успел нагреться от дневных солнечных лучей. Немного неприятно, но он научился терпеть неудобства и преодолевать подобные трудности. Двигаясь всё ближе к городу - он даже отсюда уже видел нужную цель его путешествия. Огромный дирижабль, возле которого сначала суетились люди примерно его возраста, а затем уже забирались внутрь, разыскивая себе места для того чтобы расположиться. И всё же Бау решил поторопиться, пока его лапки совсем не обожглись. Ловко пробежав, он достиг и дирижабля, с восхищением осматривая его уже вблизи. Благо, что он успел - буквально через десять минут будет отправка. Барс поднялся на мостик перед дирижаблем и решился вспомнить всё, что с ним произошло за это время. Встречи с незнакомыми людьми, добрыми или неприятными, пугающая ночь и развилки на реке, побег от медведя и даже незнакомая, но такая вкусная лепёшка. А это ведь только начало его приключений... В школе их будет ещё больше!
- Я готов! - прошептал себе барс, осматриваясь вокруг и любуясь пейзажами, а затем двинулся с места.
Забравшись на дирижабль, он нашёл себе там местечко. Всё оставшееся время он не забывал любоваться пейзажами из окна, хотя и пытался завести с кем-то диалог из соседей.